Елена Образцова: Ревности к коллегам у меня нет!
Второй Международный конкурс юных вокалистов Елены Образцовой прошел в Санкт – Петербурге с 14-го по 21 июня. Он собрал под сводами музея им. Пушкина юные дарования от девяти до семнадцати лет из России, стран СНГ, Прибалтики и дальнего зарубежья.
На протяжении пяти дней участники конкурса соревновались в одном из залов Музея им. Пушкина на Мойке. По итогам конкурса Гран-при не был вручен, а первые места среди ребят разного возраста получили: Сахабиев Нариман из Казани - в первой, самой младшей, возрастной группе, Зоя Петрова из Щелкова во второй возрастной группе, Александра Дорошева из Нижнего Новгорода и москвичка Евгения Ширинянц - в третьей, самой старшей, группе.
Наш обозреватель встретился с председателем жюри и организатором конкурса Еленой Образцовой после того, как были обнародованы результаты конкурса.
- Елена Васильевна, конкурс проводится уже во второй раз. Почему возникла идея провести такое мероприятие среди совсем юных исполнителей?
- Идея пришла в голову мне и моим коллегам. С одной стороны мы ищем таланты, а с другой - мы хотели понять, что педагоги делают с ребятишками. И почему так часто происходит, что маленькие таланты теряют голоса. Организаторы конкурса хотели узнать эту причину. И узнали. Сейчас, судя по тому, что мы услышали, в музыкальных школах даются слишком завышенные программы. Ребята не могут их спеть ни эмоционально, ни физически. Как можно разрешать очень талантливому мальчику петь оперную арию, с которой взрослый певец с трудом справляется! Глупость какая-то. В общем, мы выяснили, что существуют очень много педагогов, которые просто загубили голоса своих учеников. Так поступать неумно и очень плохо. И потом, некоторые педагоги учат иллюстрировать музыку, как будто работают с какими-то цирковыми артистами. Музыка должна быть музыкой, а не видеорядом. Хочешь жестикулировать - иди в дирижеры, в балерины, в конце концов. А то, что не сами дети этого не понимают, а педагоги, крайне неверно, я бы сказала больше - просто ужасно. Это учителям нужно было сказать, что мы и сделали. Смысл в том, что мы хотим найти талантливых ребятишек со своей индивидуальностью. И становится страшно, когда педагоги разрушают божий дар. Все жюри очень настроено против таких учителей и их методов.
- Получается, вся педагогическая система находится в тупике?
- Да. Нужно вырабатывать новые принципы преподавания. Честно говоря, мне даже захотелось провести ревизию - кто и как преподает. Я считаю, что проблема возникла во многом из-за недоученности и бескультурья педагогов. Но боюсь, что именно по этой причине такие инспекции бессмысленны! А на этом конкурсе мне хотелось послушать всех ребятишек, которые подали заявки. И конечно, для них приехать в Санкт - Петербург, выступить в таком прекрасном зале, поучаствовать в конкурсе - это настоящее счастье!
- На ваш взгляд, девятилетнему-десятилетнему ребенку наносится психологическая травма, если он проигрывает конкурс?
- Да, конечно! Но если это вредит ребенку, значит, он слабый. Только сильные люди могут быть артистами. Мы видели много очень талантливых ребят, но по разным причинам не могли присудить им призовое место. К примеру, выступила девочка из Азербайджана, первый раз - просто прекрасно, а на следующий день у нее голос пропал. Награды мы ей дать не можем, но ведь это не значит, что она бесталанна или плохо поет.
- Положительные стороны обучения в музыкальных школах все - таки существуют ?
- Естественно. И их немало. Конкурс выявил педагогов, которые не дают завышенных заданий детям, понимают, что нужно помогать природе, а не разрушать ее. Их ученики хорошо развиваются, замечательно, а их нутро не тронуто этими глупостями.
-Есть ли принципиальное отличие второго вашего конкурса от первого?
- Детали я уже забыла. Но на первом конкурсе было 65 человек, а сейчас - 210. И поэтому в этом году работать было труднее...Я не спала несколько ночей, но это приятное беспокойство.
- В программу конкурса были включены не только оперные, но детские песни советских композиторов, которые во времена моего детства исполняли Елена Камбурова, Аида Ведищева, детский хор под руководством Попова... Вы как к этому отнеслись ?
- Это замечательный пласт музыки. К тому же детишкам арии из опер петь трудно. А тут они смогли раскрыться полностью.
- В Москве довольно хорошо известен Центр оперного пения Галины Вишневской. Но ее воспитанники в вашем конкурсе не участвовали. В чем причина этого?
- Конечно, я была бы только счастлива, если бы они приехали в Санкт - Петербург. Никакой ревности у меня к коллегам не было и нет и, надеюсь, не будет. Мы информировали о своем конкурсе всех.
- Что для вас значит быть членом жюри такого конкурса?
- Во-первых, это огромная, я бы сказала даже, дикая ответственность. Мы просто не можем ошибиться с диагнозом. Наша профессия сродни профессии доктора. Поэтому, если я в чем-то ошибаюсь, то обязательно советуюсь со своими коллегами. И если бывают разногласия, то лишь на два-три балла. Потому как ошибки тут непростительны!
- Не связано ли столь большое количество участников с тем, что стало много богатых людей, готовых финансировать обучение своих детей музыке?
- Судя по количеству нарядов и бриллиантов на них - так и есть. Но четкой границы между детьми из богатых и обеспеченных семей и из семей, которые к таковым не относятся, по определению нет. И там и там достаточно талантливых ребят. Четкой градации, границы просто нет. Помните, как Наташа Ростова пришла на бал и сказала: здесь есть такие, как мы, а есть и лучше нас. В общем, побеждают самые выносливые, сильные. Слабые отсеиваются. Так что тут правила естественного отбора действуют неукоснительно.
- А вы в юности как ко всему этому относились?
- Все время рыдала. Учительница постоянно выгоняла меня с уроков, приговаривая: Леночка, запомни раз и навсегда: голос не восстанавливается, идите и отдохните. В общем, педагог не давала мне перегружать себя. И я ей за это благодарна всю жизнь. А те, у кого такого умного педагога не было, в переходном возрасте напрягали свои связки, теряя голос безвозвратно!
- Вопрос иного плана. Скоро в Санкт - Петербурге пройдет премьера "Пиковой дамы". Ваше отношение к этой роли?
- Это моя любимая роль. В июле будет уже тысячный спектакль. Я, можно сказать, с ней живу. Мне нравится постановка и в Большом театре. Единственное отличие, я очень просила разрешить графине выступать внизу, а не на верхней сцене. Для меня это и воспоминания молодости, и уход в ХIХ век.
- Лет восемь назад вы начали играть в драматической постановке Романа Виктюка "Антонио фон Эльба" вместе с Дмитрием Бозиным. Как принимают спектакль в мире, и ваше отношение к нему?
- Очень хорошо принимают. Спектакль идет под мои записи, которые я делала раньше. Я думаю, что это очень хорошая постановка. Неоднократно после спектакля ко мне подходили девушки, девочки с благодарностью. Одна из них мне рассказала, что теперь понимает свою маму, которая полюбила человека намного моложе ее. А до этого девушка со своей мамой долго не разговаривала. После нашего спектакля поняла, что в жизни такая ситуация часто происходит. Я очень довольна, что мы сделали все, чтобы смикишировать такие моменты.
- А в дальнейшем вы собираетесь работать с Виктюком?
- Конечно, собираюсь! Наш опыт совместной работы оказался вполне успешным. Но, к сожалению, не в ближайшие год-полтора, потому что у меня очень много работы в театре.
- Как вы относитесь к тому, что многие ваши коллеги играют в кино?
- Я сама снималась во многих музыкальных фильмах, в том числе в одной из картин Дзеффирелли, и у наших режиссеров - к примеру, в телевизионной версии оперетты "Веселая вдова". А сейчас наш Михайловский театр готовит постановку оперы "Кармен". И она тоже будет иметь телевизионный вариант.
- Елена Васильевна, а вы любите отмечать юбилеи?
- Понимаю, на что вы так деликатно намекаете. Как я говорю друзьям и знакомым, мне скоро сто лет в обед, отмечать придется, хотя не очень люблю это делать. Но семидесятилетие, которое случится в будущем году, собираюсь отметить. И знаете, не стану кривить душой - именно сейчас мне это будет приятно сделать!
Андрей Князев
<<< Назад |