Тото Кутуньо. В мои годы "Евровидение" было душевнее
Настоящее имя певца и музыканта - Сальваторе, но мама в детстве называла его Тото. С тех пор так и повелось. И в свои 65 этот красавец мужчина в своем положении суперзвезды мировой популярной музыки отзывается на свое ласковое детское имя... В дни московского "Евровидения" патриархпобедитель этого конкурса (1990 год) дал эксклюзивное интервью "Миру новостей".
- Тото Кутуньо - этот бренд уже вошел в историю эстрады ХХ века... А вы ведь самоучка!
- Типичный! Ничего не окончил, но учусь всю жизнь. В результате кое-чего достиг. Умею играть на многих инструментах. Все началось с того, что мой отец, сержант морской пехоты, любил играть на трубе. Он и стал моим первым продюсером (смеется). Когда мне не было и десяти лет, юный барабанщик Тото играл в городском оркестре. Среди полусотни оркестрантов я был самый маленький... Одноклассники дразнились: "Тото-барабанщик!"
- Путь на большую эстраду вам открыл не кто иной, как легендарный французский певец Джо Дассен... Как вы познакомились с Дассеном?
- Я был тогда совсем молод. Писал песни, но без особого успеха. Наверное, стоит напомнить, что я окончил лицей и получил профессию бухгалтера, правда, ни дня не работал им, так как предпочел музыку.
Потом с друзьями мы сделали ансамбль "Тото и Тати", выступали в клубах, барах, на дискотеках, ездили по стране, но популярности не снискали. В ту пору я стал пробовать не только перепевать чужие хиты, но и сочинять свои. Одна из моих юношеских мелодий случайно добралась до Джо Дассена. Он сам позвонил мне, пригласил приехать в Париж, там мы и познакомились. Для меня было важно, что мы сначала подружились, а потом уже всерьез занялись музыкой. Дассену нравилось мое стремление сочинять не просто песни с набором красивых слов и мелодий, а придумывать небольшие истории. Он тоже включился в этот увлекательный процесс. Так мы вместе придумали "Индейское лето" и "Люксембургский сад".
- Где вы работали с Джо Дассеном?
- В его доме под Парижем мы провели немало замечательных вечеров, общались, музицировали. Я написал для него четырнадцать песен. Джо, кстати, был не только превосходным певцом, но и талантливым композитором. А когда брал чьи-то мелодии, то исполнял их столь проникновенно, что делал как бы своими. Мы работали, наслаждаясь общением, наполненностью творчеством. Он был и остается лучшим исполнителем моих песен. Для меня он был частью моей жизни, моей души, его не стало, и я осиротел.
- В прессе можно встретить самые разные, в том числе и мистические, версии ранней смерти Джо Дассена (певец умер в 1980 году в возрасте 42 лет). А что на самом деле случилось?
- Не выдержало сердце. Он отдыхал на острове Бора-Бора, в Полинезии, с молодой женой. Они загорали на пляже. И в тот момент, когда жена позвала его обедать, она обнаружила, что он мертв. Ужасная история. Я узнал ее буквально через три часа, от его продюсера. До сих пор, когда вспоминаю, мне становится не по себе.
- Как вы думаете, почему даже теперь Дассена так любят в России?
- У вас в стране удивительный зритель. Он не забывает тех, кто знал толк в хорошей музыке. Меня поражает то, что многие у вас не только помнят о Джо Дассене, но и говорят, словно о человеке, который и теперь с нами. И в этом они совпадают с моими чувствами.
Кстати, много лет спустя после смерти Дассена я узнал, что у него русские корни - отец певца эмигрировал в Америку. Прекрасно помню, как после своей поездки в Советский Союз он рассказывал о вашей стране: "Тото, в Москве есть фантастическая певица, с редким темпераментом и проникновенностью. Ты должен написать что-нибудь для нее!" Когда мы все-таки встретились с Аллой Пугачевой, я напомнил ей эту историю, и у нас возникло желание сделать пластинку. Жаль, пока не сложилось...
- Однако вы вместе с Аллой выступили в Юрмале на фестивале "Новая волна", породив немало слухов о вашей нежной дружбе с Аллой Пугачевой...
- Да? Я не в курсе! В Юрмале я спел песню из нового альбома, а также напомнил свой хит тридцатилетней давности "Индейское лето", известный по исполнению Джо Дассена, после чего сказал почтенной публике, что спою песню, которую хочу посвятить своей подруге - Алле Пугачевой. С Аллой, кстати, я познакомился в конце 80-х в Москве. Это великая актриса! Alla! Ti amo! Я ей посвятил песню Lasciate Mi Cantare. В Юрмале Пугачева тоже вышла на сцену, и не могу забыть, как мы красиво танцевали под музыку моей песни.
- После Дассена в вашей "коллекции" появились такие бриллианты, как Адриано Челентано, Доменико Модуньо, Мишель Сарду, Далида, Мирей Матье, Рэй Чарлз, Ринго Стар, Петула Кларк...
- Каждый из них - целая глава моей жизни. На их фоне я никогда не решусь назвать себя певцом. Конечно, я поющий композитор с более чем скромными вокальными данными (Кутуньо явно скромничает, он ведь побеждал не только на итальянских фестивалях - в 1990 году выиграл "Евровидение". - Прим. авт.).
- Как вам, итальянцу до мозга костей, удается столь удачно писать хиты для иностранных певцов?
- С неимоверным трудом. Для меня вообще важно почувствовать личность певца, которому буду писать песню. "Чао, бамбино!" - внешне такой простой номер, но как трудно он рождался, я никак не мог понять образ Мирей Матье, войти в ее душу. А мне важно разобраться: что это за человек, что его волнует? А писать для своих друзей - это просто удовольствие. Для Доменико Модуньо, Джильолы Чинкветти, "Рикки и Повери"... Ну а писать для Адриано Челентано - все равно что для себя самого, мы давние друзья, даже голоса похожи.
- Как вы относитесь к фестивалю в Сан-Ремо и "Евровидению"?
К Сан-Ремо и вообще к итальянскому шоу-бизнесу у меня главная претензия в том, что нынче мало внимания уделяется новым итальянским песням, зато в почете телеведущие и англоязычные гости, на которых и делается ставка. Между тем у меня давние счеты с агрессивным шоу-бизнесом, который хозяйничает не только в моей родной стране, но и по всему миру, навязывая свои законы. Что же касается "Евровидения", то мне кажется, что в мои годы фестиваль был более душевным и человечным.
И я никак не пойму: почему мы должны тащиться за английским языком?! Каждая нация вправе представлять свою песенную культуру на родном языке. Я тоже пою на разных языках, но звук моего сердца и голоса лучше всего звучит на итальянском.
- Одно из самых известных итальянских слов в России - "феличита", то есть "счастье"... Вы так часто пели это слово со сцены и наверняка знаете рецепты счастья!
- Нужно почаще улыбаться: жизнь одна, ее нужно прожить интересно. Когда просыпаешься утром и светит солнце, уже встаешь с той, нужной ноги. Счастье - очень сложное понятие. Счастье, несомненно, существует, но его невозможно вычислить. Богатый человек может быть несчастливым, а бедный - счастливым.
- В последние годы вы прекрасно проявили себя как телеведущий...
- Для меня самого работа на ТВ стала большим сюрпризом. На самом деле я очень скромный человек, не люблю привлекать повышенное внимание к своей персоне. Но дело пошло, телевидение меня в какой-то степени раскрепостило, научило быть открытым в общениис незнакомыми людьми.
- Вы так часто гастролируете в наших краях, что впору назвать Тото Кутуньо "народным артистом России"...
- Я знаю, что у вас это высшее звание для артиста, и вряд ли его заслуживает даже самый популярный иностранный артист. Но вашу страну я исколесил вдоль и поперек. В некоторых городах бывал по многу раз. Не устаю повторять итальянским музыкантам, что ни разу не были в России: "Ребята, вы очень много теряете!" Для меня ваша страна стала просто второй родиной.
- Тогда вы должны знать толк в русской водке!
- За ужином я часто выпиваю немного водки, а иногда и перед ужином, как делают русские. Еще я был несколько раз в русской бане. Парилка, веник, холодный бассейн, а затем душевный разговор за рюмо чкой водки - такое удовольствие.
- А какие наши песни выучили?
- Меня столько раз просили исполнить "Подмосковные вечера", что волей-неволей я выучил слова. Хотя не могу сказать, что понимаю до конца все слова, кое-что для меня остается загадкой. Ничего страшного! Если русскоязычные зрители мои песни и знают, напевают мотивчики, то вряд ли они понимают все от и до.
А еще я знаю "Очи черные". Этой песней мы с моими коллегами часто заканчиваем концерты в ваших краях.
- А как же "Подмосковные вечера"?
- Я понял, к чему вы клоните!Когда в Кремле устроили мой концерт-бенефис, там было много дуэтов с вашими звездами. И с белорусской группой "Песняры" мы исполнили песню из "Весны на Заречной улице". В этой мелодии есть что-то магическое, волшебное, что тронуло мою душу. Один куплет я выучил и записал в студии. Мы там по ночам сидели. А "Песняры" исполнили мою балладу "Донна Миа".
- Вы отличный семьянин... Но после ваших триумфальных гастролей по России нет-нет да появляются в желтой прессе статьи о ваших романах и интрижках...
- Да, я сам узнаю из газет о своих романах в России (улыбается)! Помню, в 1985-м, когда я впервые приехал с концертами в Москву, в декабре было очень холодно. Тем не менее у служебного входа собралась толпа, а одна девушка с огромным букетом цветов рванулась прямо под колеса моего автомобиля. Ее остановила охрана, но и во второй, и в третий день она пыталась прорваться. Наконец я приказал остановить автомобиль, вышел к поклоннице, поцеловал ее. Верите, но в оставшиеся пятнадцать дней гастролей повторялась та же история. Фотографии моей поклонницы попали в прессу с подписью: "Белоснежка для Тото Кутуньо". Вот такая история! А вы говорите: романы...
Ваши женщины - взрывная смесь темперамента и меланхолии. А их постоянство, поэтичность, сострадание!.. В следующей жизни я женюсь на русской!
- А в этой жизни вы удачливы и счастливы в любви?
- Более чем! А вот женат я дважды (улыбается)! Первый раз - на своей супруге, которую я добивался долго и упорно и продолжаю любить столь же страстно. А второй раз я женат на... море. Море является неотъемлемой частью моей души. Все мои увлечения связаны с яхтами, катерами, лодками, подводной охотой и фотосъемкой под водой. Самые лучшие песни были рождены на морских просторах.
- Вы столько лет поете и пишете о женщинах... Интересно, при первой встрече с девушкой на что прежде всего обращаете внимание?
- На глаза, конечно. Они, как сказал русский классик, - зеркало души. А блондинка, брюнетка, рыжая - не имеет особого значения.
Вообще самое лучшее, удивительное создание в мире - женщина (слово "женщина" Тото Кутуньо неожиданно произносит на русском языке. - Прим. авт.). Сами знаете, что в эстрадном мире столько артистов нетрадиционной ориентации. Но мне никак не удается на их сторону переметнуться (смеется). И в любви, и в музыке я традиционалист.
- Написав новую песню, вы можете сразу распознать в ней будущий хит?
- Когда пишешь новую песню, конечно, надеешься, что она будет иметь большой успех. Но вот в "Итальянце" я ошибся (эта песня стала визитной карточкой Кутуньо, с ней он победил на фестивале в Сан-Ремо. - Прим. авт.). До сих пор не нахожу объяснения, почему она стала популярной.
Михаил Садчиков
<<< Назад |
