Робби Уильямс: Я не мог выйти на сцену без наркотиков
Еще три года назад он был мегазвездой, и Элтон Джон называл его “Фрэнком Синатрой ХХI века”. Однако успех затянул бывшего лидера группы Take That в адскую пучину алкоголя и наркотиков, он оказался на грани жизни и смерти. Сегодня, в 35 лет, Робби Уильямс возвращается на музыкальную арену здоровым, нормальным, трезвым, с новым диском и - невестой!
Тот, кому было суждено стать одним из самых успешных британских певцов (60 млн проданных альбомов и 17 млн синглов), всегда ненавидел серую реальность и скуку обыденного существования. В школе он валял дурака и окончил ее лишь благодаря матери. Та воспитывала его одна - родители развелись, когда мальчику было 3 года. В 16 он становится членом группы Take That, которая распадается после 5 лет успеха на английской музыкальной сцене, множества хитов и коллекции престижных наград. Робби начинает карьеру соло. В этом трудном испытании он рассчитывает на помощь и поддержку своих верных друзей - алкоголя и наркотиков. После двух неудачных попыток Робби наконец-то делает прорыв с песней Angels. Та становится национальным хитом и привлекает к нему всеобщее внимание. Несмотря на то что успех на американском рынке остается для него недоступной мечтой, Робби становится самым высокооплачиваемым в мире артистом, зарабатывая колоссальные деньги на продаже дисков и турне по Европе.
Но на редкость плодовитого артиста постоянно раздирают изнутри демоны сомнения и самоотрицания. Первый же провал альбома Rudebox становится для певца личной драмой и началом долгой депрессии, щедро приправленной наркотиками. Он эмигрирует в Лос-Анджелес и начинает спускаться по ступенькам ада... Сегодня Робби трудно узнать. Приехав ненадолго в Париж с целью продвижения диска Reality Killed the Video Star (“Реальность убила видеозвезду”), он, оставив былое высокомерие и капризы, готов с подкупающей искренностью отвечать на любые вопросы.
- Не страшно было так надолго покидать сцену и вообще исчезнуть из публичной жизни?
- Я всегда был убежден в том, что если не буду выпускать альбомы один за другим, то потеряю публику. Мой последний диск - уже восьмой по счету. Казалось, что если сделаю малейшую передышку, то меня забудут. В результате я дошел до состояния полной пресыщенности и последнее турне закончил в детокс-центре. Я понял, что надо остановиться. Состояние было просто катастрофичным! Всю жизнь я хотел во что бы то ни стало избежать “нормальности”. Уже в 16 лет в ночных клубах принимал экстази, крэк, кокаин, время от времени баловался героином. Ко всему прочему, я был алкоголиком. Хорошо помню вечер, когда должен был выступать на MTV Awards с моей группой Take That. Чтобы преодолеть стресс, я как-то проглотил коктейль из эфедрина, кокаина и экстази. Мне тогда было всего 19 лет, и я думал, что рок без наркотиков не бывает.
- Но периоды clean (чистые. - Л.Г.) у вас все-таки бывали?
- В такие периоды я заглатывал горстями медикаменты. В Лос-Анджелесе это стало стилем жизни. Я мог проглотить 20 таблеток Vicodin (обезболивающее) за ночь. Принимал колоссальное количество Adderall (средство против повышенной активности). Мог спокойно купить Sativa, эффект которого близок к ЛСД. Прекрасно понимал, что и сам быстро качусь по наклонной плоскости к фатальному концу. Я видел, как многие вокруг меня покидали этот свет по идентичным причинам: Анна Николь Смит, Хит Леджер, Майкл Джексон...
- Вас затронула смерть Майкла Джексона?
- Еще бы! Даже посвятил ему песню в последнем альбоме. Для меня в этой истории все очень просто: у Майкла было плохо с деньгами, и он согласился на турне, которое должно было стать грандиозным событием. Но вначале он был настолько ослаблен постоянным употреблением медикаментов, что даже был не в состоянии репетировать. Постепенно он обрел форму и был готов работать. Однако когда он вошел в нормальную колею, то снова поддался слабости и покатился вниз. На этот раз - до конца.
- А вам как удалось остановиться на краю?
- Это скорее вопрос силы воли, чем героизма. Проблема в том, что со временем ваша воля настолько парализуется, что вам становится на все наплевать. Мне кажется, именно в таком состоянии находится Эмми Уайнхаус. Во взгляде феноменальной певицы я вижу полное равнодушие к тому, будет она жить или умрет. Мне это хорошо знакомо и понятно. В один прекрасный день, когда я в коматозном состоянии валялся на диване, мой менеджер встряхнул меня и заявил: “Роб, у тебя жуткая морда!” Он собрал мой чемодан и буквально затолкал меня в самолет, чтобы доставить в детокс-центр в Аризоне. В тот момент я был в состоянии, близком к смерти, и еще через несколько дней наверняка отправился бы на тот свет. Это был 2007 год...
- Откуда такое сильное пристрастие к наркотикам? В чем ваша проблема?
- Я по натуре человек, который легко попадает в зависимость от чего угодно. Гольф, который был частью моей терапии, в результате тоже стал для меня своего рода наркотиком. Когда я начинал в него играть, то уже не мог остановиться: посылал 500-700 мячей и удваивал каждую дистанцию. Потом я возвращался домой, смотрел DVD о технических приемах и засыпал перед телевизором, настроенным на спецканал о гольфе.
- Желание снова выйти на сцену не одолевало?
- Послушайте, вы понимаете, что выступать перед 60 тысячами человек - это ненормальная ситуация? Некоторые с ней смиряются, но лично для меня каждый раз это было жуткое испытание. Думаете, легко возвращаться домой и спокойно ложиться спать после того, как ты в течение двух часов был центром внимания и заводил огромный зал? Думаете, при этом возможно не обходиться без алкоголя и наркотиков? Певцы, которые это утверждают, - просто лжецы и лицемеры! Не все обладают достаточно крепким хребтом, чтобы выдержать подобную нагрузку. К тому же я всегда прекрасно понимал, что успех эфемерен. Именно поэтому пользовался им, чтобы жить на полную катушку.
- Не намерены вновь собрать вашу группу Take That?
- Это уже сделано. Я нуждаюсь в том, чтобы чувствовать себя частью команды. Мне необходимы люди, которые оказывают на меня положительное влияние. Моя группа - это моя семья. Больше не хочу ездить в турне в одиночку - это слишком грустно. Больше не хочу подвергать себя такой пытке.
 Робби Уильямс не прочь посниматься в бикини с моделями для рекламы
- Вы часто повторяли, что от отца унаследовали лень и наплевательское отношение к делам. В этом плане что-либо изменилось?
- Нет, и я все больше убеждаюсь в том, что чем меньше суечусь, тем лучше себя чувствую. Мой отец всегда был счастлив, обладая минимальными доходами. Когда я стал зарабатывать, предложил ему купить дом. Но он предпочел поселиться в маленькой квартирке, которая обходится в 50 фунтов стерлингов в неделю. Единственное, в чем он нуждается, - это деньги на питание. Все остальное его не интересует. Я хотел бы научиться сохранять подобную независимость в отношении денег и материальных ценностей.
- Серьезно думаете, что смогли бы жить в маленькой квартирке на севере Лондона?
- Не думаю. Вы не представляете, насколько тосклива и грустна жизнь молодежи в Англии. Поначалу я хотел всего лишь избежать серости “нормального” существования. Успех открыл мне доступ ко всему, в том числе и к самым разнообразным и экзотичным наркотикам. Но даже если бы я не стал рок-звездой, я все равно был бы наркоманом. Даже мог бы стать дилером, чтобы иметь возможность платить за кайф.
- Похоже, в вашей личности много теневых сторон. Так, ходят слухи, что вы скрываете вашу гомосексуальность...
- Наоборот, моя сексуальная ориентация всегда была ясна. Если бы мне захотелось... с мальчиками, я бы так и делал. По каким причинам стал бы это скрывать? Весь мир был бы давно уже в курсе, поскольку я рассказываю обо всем, что со мной происходит, в моих песнях.
- Расскажите, как вы встретились с вашей новой герлфренд?
- Очень просто. Обычно я живу как затворник, никуда не выхожу. Но однажды, для разнообразия, я завернул в бар и вернулся с невестой. Честно говоря, мне здорово повезло! С первого же раза я попал на ту, которая была мне нужна.
- Хотите сказать, что до этого у вас не было серьезных связей?
- Не буду скрывать: повышенная сексуальная активность часто играла со мной злые шутки. Трудно сопротивляться, когда такое количество красивых девушек вешаются вам на шею. Но теперь с этим покончено! Хотя иногда мне приходится прилагать немалые усилия, чтобы избавиться от привычек рок-звезды.
- Вы влюблены?
- Да. Айда помогла мне собрать вместе все элементы моей распыленной личности, почувствовать себя увереннее и спокойнее. Благодаря ей больше не испытываю отвращения к самому себе. В принципе я не злой и не вредный парень, просто склонен к самоотрицанию. Называю Айду “мой швейцарский ножик”, потому что она умеет меня отремонтировать.
- Представили ее вашим родителям?
- Мы провели потрясающую неделю в Уальтшайре. Сходили на бега с моим отцом, побывали на футбольных матчах, я представил ее моим старым приятелям, и моя мать угостила нас своими любимыми блюдами. Айда хочет, чтобы мы поженились. Не могу сказать, что это моя сокровенная мечта, но если ей так этого хочется, то почему бы и нет? До настоящего момента мне удавалось избегать разговоров о детях, но чувствую, что в ближайшие два года мне не отвертеться.
- Вы ощущаете себя счастливым?
- В настоящий момент все идет нормально, а что будет завтра, никому не известно. Не будем загадывать, жизнь покажет...
Людмила Гаршери,
собкор “Мира новостей” в Париже
<<< Назад |
